f/64

[Кадры из новой книги Priscillia Saada 'Moons', в которой рассказывается о повседневной жизни 40 матерей] Именно рождение второго ребенка вдохновило парижского модного фотографа обратить свой взор на молодых матерей.Кадры из книги Priscillia Saada 'Moons', в которой рассказывается о повседневной жизни 40 матерейВсё началось с простого и искреннего жеста — Присцилла фотографировала своих друзей. Но в какой-то момент она поняла: за этим стоит нечто большее. Это не просто снимки, это целая история.Она показала первые работы своему другу и коллеге, арт-директору Валентино Этьевану. Он мгновенно уловил потенциал проекта и предложил Присцилле расширить его, чтобы в итоге воплотить идею в фотокниге.С этого момента и началось самое главное — знакомство с матерями. Присцилла вспоминает:«Мы обратились ко многим матерям. Большинство из них с радостью согласились принять участие. Я встречалась с ними по выходным у них дома и фотографировала в районе их проживания. Без постановок и напряжённости — всё проходило легко и естественно».Изначальная лёгкость задала тон всему проекту. Даже работая с незнакомыми людьми, Присцилле удавалось сохранить дружескую, почти неформальную атмосферу. А затем сработало сарафанное радио: «Матери часто говорили: "Вам обязательно нужно связаться с моей подругой, у неё двое детей, и она будет только за!"»Так проект обрёл свою душу — искреннюю, живую и настоящую.Кадры из книги Priscillia Saada 'Moons', в которой рассказывается о повседневной жизни 40 матерейВсё началось с простого и искреннего жеста — Присцилла фотографировала своих друзей. Но в какой-то момент она поняла: за этим стоит нечто большее. Это не просто снимки, это целая история.Она показала первые работы своему другу и коллеге, арт-директору Валентино Этьевану. Он мгновенно уловил потенциал проекта и предложил Присцилле расширить его, чтобы в итоге воплотить идею в фотокниге.С этого момента и началось самое главное — знакомство с матерями. Присцилла вспоминает:«Мы обратились ко многим мате

Фермеры обрабатывают свои поля на фоне «Будд Бамиана» в Афганистане (1980-е годы)Будды Бамиана представляли собой монументальные буддийские статуи, высеченные в скале в долине Бамиан, Афганистан, в VI веке.Объект был уничтожен талибами в 2001 году.Фермеры обрабатывают свои поля на фоне «Будд Бамиана» в Афганистане (1980-е годы)Будды Бамиана представляли собой монументальные буддийские статуи, высеченные в скале в долине Бамиан, Афганистан, в VI веке.Объект был уничтожен талибами в 2001 году.

В мире, где имидж и восприятие часто имеют большее значение, чем подлинность, Ричард напоминает нам о существовании альтернативного пути. Aphex Twin остается самим собой, выступая смело и не заботясь о мнении окружающих. Говорите от сердца. Не скрывайте своих мыслей. Именно в этом заключается суть творчества: делиться тем, что вы носите внутри, без каких-либо фильтров.#listenВ мире, где имидж и восприятие часто имеют большее значение, чем подлинность, Ричард напоминает нам о существовании альтернативного пути. Aphex Twin остается самим собой, выступая смело и не заботясь о мнении окружающих. Говорите от сердца. Не скрывайте своих мыслей. Именно в этом заключается суть творчества: делиться тем, что вы носите внутри, без каких-либо фильтров.#listen

Reading Between the Lines’ // Gijs Van Vaerenbergh [2011]Эта интерактивная инсталляция переосмысливает знакомый силуэт местной приходской церкви в виде почти прозрачной конструкции, состоящей из 2000 стальных колонн, уложенных горизонтальными слоями. Издалека она выглядит как прозрачный мираж в живописном ландшафте; по мере приближения зрителей постепенно проступают стены, окна и сводчатые формы, трансформируя восприятие от ландшафта к архитектуре. Не выполняя религиозных функций, произведение выступает в качестве ориентира, обрамляющего окружающую среду, приглашая посетителей увидеть как саму структуру, так и окружающую среду по-новому.#architectureReading Between the Lines’ // Gijs Van Vaerenbergh [2011]Эта интерактивная инсталляция переосмысливает знакомый силуэт местной приходской церкви в виде почти прозрачной конструкции, состоящей из 2000 стальных колонн, уложенных горизонтальными слоями. Издалека она выглядит как прозрачный мираж в живописном ландшафте; по мере приближения зрителей постепенно проступают стены, окна и сводчатые формы, трансформируя восприятие от ландшафта к архитектуре. Не выполняя религиозных функций, произведение выступает в качестве ориентира, обрамляющего окружающую среду, приглашая посетителей увидеть как саму структуру, так и окружающую среду по-новому.#architecture

Envolée & Plage, 2026, Celeste Boursier-MougenotК счастью, в этом грубом мире существуют такие люди, как Селест Бурсье-Муженот, которые делают искусство живым и динамичным. #art

[Hiroshi Hamaya](1915–1999) — один из самых значительных японских фотографов-документалистов XX века, чьи работы запечатлели уходящую традиционную Японию, а затем и бурные политические протесты послевоенного периода. Его отличал глубоко человечный и этнографический подход к съемке. В 1960 году Хамая стал первым японским фотографом, приглашенным в престижное агентство Magnum Photos. #japan[Hiroshi Hamaya](1915–1999) — один из самых значительных японских фотографов-документалистов XX века, чьи работы запечатлели уходящую традиционную Японию, а затем и бурные политические протесты послевоенного периода. Его отличал глубоко человечный и этнографический подход к съемке. В 1960 году Хамая стал первым японским фотографом, приглашенным в престижное агентство Magnum Photos. #japan

С начала 1960-х годов венесуэльский архитектор Oscar Tenreiro постепенно расширял свой дом 'Los Aromos' в Каракасе, превращая его в цветущий пример мультикультурного модернизма, отражающий разрастание окружающего города.#architectureС начала 1960-х годов венесуэльский архитектор Oscar Tenreiro постепенно расширял свой дом 'Los Aromos' в Каракасе, превращая его в цветущий пример мультикультурного модернизма, отражающий разрастание окружающего города.#architecture